На Ингоду за ленком и хариусом


На Ингоду за ленком и хариусомЯнварь традиционно считается самым суровым зимним месяцем. В сущности, так оно и есть. Вернее, всегда было, во всяком случае в Забайкалье. Рождественские, а вслед за ними крещенские морозы никогда не обходили стороной наш край. Но нынешняя зима, видимо, исключение. Ночные температуры не превышали 20-градусной отметки, а днем мороз ослабевал до 10-12 градусов. В прежние годы забайкальцев погода так не баловала: 37-40 градусов по ночам - нормальное явление для забайкальского января. Как же лососевые рыбы - ленок и хариус - отреагировали на такое потепление? За ответом на этот вопрос я и отправился с друзьями на реку Ингоду.

На Ингоду решено было ехать в ее верхнее течение. От Читы до села Горекоцан 200 километров по асфальту и еще 40 км по проселочной дороге. В общем, три часа пути - и мы в устье реки Джилы, правого притока Ингоды. Даже на первый, поверхностный, взгляд место идеальное для зимней стоянки рыбы. С правой стороны река прижата сопками. Там, где впадает Джила, Ингода делает изгиб, как бы подставляя притоку свой правый берег. Ниже устья в реку обрывается утес. Под ним-то и было решено пробурить первые лунки. Лед оказался не очень толстым для середины зимы - всего один метр. Я очистил лунку от ледяной крошки. Глубина подо льдом была приблизительно такой же. Перед выездом в качестве прикорма был приготовлен вареный бормаш. Бормаш - это такой рачок. Гаммарус, бокоплав, пресноводная креветка - все это названия одной и той же очень популярной в Забайкалье приманки.

Прошлой весной мы не без успеха использовали бормаша на северной реке Витим. Прикармливали рыбу, подсыпая в лунку порции вареного гаммаруса, приблизительно в час по небольшой горсточке. Соответственно и обманки использовали, имитирующие оранжевого бормаша. Эту же тактику решено было попробовать и на Ингоде. По разнообразию рыбы река Ингода отличается от Витима. Витим относится к бассейну реки Лены, а если быть точнее, это ее приток. Таймень, ленок, хариус, сиг, окунь, щука, лещ, плотва, налим, ерш - это неполный перечень видов рыб, обитающих в Витиме. Ингода -амурский бассейн. В ней водятся все вышеперечисленные виды, кроме леща, сига, ерша и окуня.

Итак, в пробуренную лунку я бросил немного бормаша, лег и, прикрывшись рукой от света, заглянул под лед. Бормаш опускался до нижней кромки льда и его под небольшим углом начинало сносить течением. Стало быть, струя подо льдом хоть и не сильная, но была. Для ленка и хариуса - то, что нужно. Настрой под красного бормаша был смонтирован заранее, он и отправился в лунку вслед за гаммарусом. Кстати, следов недавнего присутствия рыбаков на этом месте мы не обнаружили. Нашли только несколько старых, занесенных снегом лунок. Вероятно, в начале ноября здесь рыбачили по первому льду. Этот факт вселял надежду на успех. Ведь на малопосещаемых местах рыба менее пуглива и плотность ее больше. Во всяком случае в теории так должно быть. Но теория с практикой иногда расходятся.

Десять минут ожидания. Сторожок резко согнулся под девяносто градусов на очередном подъеме снасти, подсечка, несколько тупых рывков в стороны. Ленок! Конечно, только он может так клевать. Без предварительной пробы на вкус и потяжек, с ходу хватает приманку. Это его почерк. Первый трофей оказался не очень крупным - граммов 300 от силы. Вслед за ленком еще поклевка, но другого характера: сторожок остановился и чуть согнулся. Естественно, последовала подсечка. На сей раз из-подо льда был извлечен хариус, но тоже некрупный. У товарищей на соседних лунках приблизительно такая же картина: пара мелких хариусов и чуть крупнее леночки.

Интересная ситуация. По всем рыбацким приметам место должно быть рыбное. Ведь из Джилы рыба скатилась на зимовку в Ингоду. Мы рыбачили чуть ниже устья притока. Не может быть, чтобы весь крупный лосось ушел из приустьевого участка. Или может? Мы добросовестно искали рыбу. Проверяли вход и выход на этом плесе. Бурились выше и ниже его. Результат был один и тот же: средние и мелкие хариусы и ленки. Скорее всего, сделали мы вывод, крупная рыба отошла вниз по течению, а приустьевые плесы заняла «молодежь».

Был момент, когда мы стали грешить на прикорм, то есть на вареного бормаша. Собрали, мол, посредством прикармливания всю мелочь под лунками. Но после того как на соседнем плесе попробовали ловить без прикорма, версия отпала сама собой. Некрупные хариусы продолжали атаковать наши приманки и на новом месте. Возвращались мы с рыбалки в спорах на тему о том, куда делась крупная рыба. Ответ, мне кажется, прост, и заключен он в слове «глухозимье».

В канун старого Нового года январь все же дал понять, кто зимой в Забайкалье хозяин. В ночь с 12 на 13 января мороз ударил настоящий - 42 градуса! Арктический антициклон накрыл Забайкальский край. Перекаты на малых реках окончательно перехватило. Зима поделила реки на зимовальные участки, усложнив тем самым поиск рыбы. Теперь, чтобы хоть как-то порыбачить, нужно отыскать место на реке, где давление воды подо льдом нормальное. «Гейзеры» - явление малоприятное, но для глухозимья вполне обыденное для забайкальских рек. Когда ножи ледобура прорезают последние сантиметры льда и погружаются в воду, ощущение возникает такое, как будто у вас в руках шатун поршня. Давление воды буквально выталкивает бур из лунки. И если в этот момент отпустить рукоять, ледобур попросту выплюнет на лед, а рыбака окатит ледяной душ.

Именно это и происходило на еще одном притоке Ингоды, реке Чите, где мы продолжали поиски хариуса и ленка через несколько дней после выезда на Джилу. Только на третьем плесе возле остатков бывшей плотины было найдено место с нормальным давлением воды подо льдом. Но результат рыбалки оказался еще скромнее, чем на Ингоде: ленок, правда на полкило, и пара хариусов. Скорее всего, повлиял еще и резкий скачок давления. Ясный день с полным безветрием и усилившийся мороз. Глухозимье, одним словом.

автор Сергей МИРТОВ

 
Рейтинг@Mail.ru