За аральским жерехом


За аральским жерехомВ этом году зима в Средней Азии показала свой крутой норов: шутка ли, морозы доходили до невиданной в здешних краях температуры минус 25! На некоторое время замерзла даже Сырдарья, и кое-кому из самых нетерпеливых рыболовов удалось испытать почти неведомое у нас удовольствие - зимнюю рыбалку. Мелкая красноперка прекрасно клевала из-подо льда замерзших сырдарьинских заливов на маленькие хлебные шарики, слегка подкрашенные и ароматизированные витаминным драже. Было забавно наблюдать за окоченевшими энтузиастами, потягивающими мелких рыбешек причудливыми самодельными зимними удочками из проделанных топорами прорубей. Я к «пингвиньему промыслу» отношусь спокойно, поэтому с нетерпением ждал тепла. Открыть жереховый сезон в обычные сроки, то есть в середине февраля, не удалось: зима никак не хотела сдавать свои позиции. Однако через недельку заметно потеплело, и сидеть дома уже не оставалось сил. Сделал несколько новых блесенок, привел в порядок снасти и в очередной выходной решился на открытие нового спиннингового сезона.


Настроение приподнятое, несмотря на то что в вагоне электрички с рыболовными снастями я ехал один. Правда, когда рассвело, энтузиазма поубавилось - за окнами стали просматриваться довольно внушительные снежные завалы, практически не затронутые коротким потеплением. На Сырдарье зимнее наводнение: от недавнего льда не осталось и следа, все смыто мощным водным потоком. Пытаться что-либо поймать в этой мути - значит зря терять время. Поэтому решил проведать свой любимый малый канал - Шурузяк. Канал оказался тоже переполнен водой, причем не намного более чистой, чем в Сырдарье. Однако это не так уж и плохо: именно по высокой воде аральские жерехи поднимаются из большой реки в малые притоки, каналы и пойменные озера, где потом остаются до наступления следующей зимы. Только с наступлением предзимних подъемов воды они вновь спускаются в реку.

Первые десятки забросов делаю почти наобум, в какое-то неведомое пространство: на канал опустился густейший туман, ничего не видно уже за пять шагов. Блесну стараюсь вести близко к поверхности, так как в такой обстановке обходить препятствия и контролировать глубину проводки практически невозможно. Всплесков жирующих рыб не видно и не слышно, приманки мои никого не интересуют. Обстановку несколько разряжают только дикие утки, потерявшие в тумане контроль над опасностью: их стаи шумно взлетают время от времени буквально из-под самых моих ног. Часа четыре непрерывных безуспешных забросов позволили сделать окончательный вывод: жереха в канале еще нет, что вскоре косвенно подтвердил и встреченный мною рыболов-поплавочник. Он с самого раннего утра безуспешно пытался поймать хоть что-нибудь на червяка и опарыша. По весне на эти приманки обычно неплохо берут мелкие уклейки, красноперки или шемаи. А если их нет - нет и жереха, так как он всегда движется вслед за этой мелочью.

Домой пришлось возвращаться без улова, но это обстоятельство не так уж и сильно меня расстроило: дни «без хвоста и чешуи» в начале сезона бывали у меня не раз. Поездка на рыбалку через неделю уже проходила в совсем другой обстановке. Тепло окончательно растопило остатки снега, рыболовный народ проснулся от зимней спячки и уже составлял основное содержимое вагонов первой утренней электрички. Мой поход к каналу проходил в составе небольшого коллектива энтузиастов, намеревавшихся половить красноперок, шемай, а может, и самого карася. Оставляю поплавочников возле излюбленного ими разрушенного моста и направляюсь вниз по течению, ближе к устью, туда, где канал впадает в большое проточное озеро. Расчет мой прост: раз жерех еще не поднялся вверх по течению, значит, он должен быть или в самом озере, или в приустьевом пространстве канала. По крайней мере, в былые годы в похожей ситуации именно ловля близ озера была наиболее успешной.

Каждый, кто ловил в азиатских водоемах, начинает понимать, почему большинство местных рыболовов собирается всего на нескольких, более-менее удобных точках . Берега и прилегающие к ним участки речных долин, особенно низкие болотистые, обычно зарастают тугаями - малопроходимыми зарослями из тамариска, местной ивы и каких-то колючих кустарников вперемежку с камышами. В былые времена в тугаях проживали даже туранские тигры, а сейчас заросли служат основным пристанищем для фазанов, уток, шакалов и диких свиней. Форсировать такие преграды на пути к перспективным рыболовным местам по душе далеко не каждому. Я же, пугая стайки влюбленных уток, где пешком, где на четвереньках упрямо пробирался к намеченной цели.

Однако через пару километров нелегкого пути меня ожидало разочарование: паводок размыл берег и через довольно широкий ручей вода из канала сливалась в большое заросшее камышами болото. Преодолеть эту водную преграду не удалось, поэтому я пошел по берегу ручья к его истоку. Место мне показалось перспективным, и хотя очень сильно мешали заросли тамариска, я решил сделать несколько забросов. Блесну посылал поперек течения, к противоположному берегу канала и вел ее в ис-
ток ручья. Через пару забросов прямо из-под берега моя блесна была атакована: на самодельный а ля меппс № 1 позарился двухсотграммовый жерешок. Ура! Есть первая рыба в этом сезоне!

Не сходя с места (сходить, собственно, было и некуда) в течение 15-20 минут я поймал (и отпустил) еще семь точно таких же жерешат. Эти близнецы-братья сосредоточились на очень ограниченной территории, так как хватали приманку только тогда, когда она чуть ли не заходила в ручей. Улов не ахти какой, зато сразу стало ясно: жерех в канал уже зашел. Двигаюсь вверх по течению, делая забросы через любые мало-мальски пригодные для этого прорехи в прибрежных кустах - результата никакого. Добрался до поплавочников. Народ хоть и вяло, но все-таки потягивает время от времени некрупных шемаек. Прямо из-под моста мне удалось зацепить двух жерешат незачетного размера - и опять тишина. Решаю идти еще выше по течению, так как мои манипуляции прямо возле поплавков вызывают у народа явное недовольство.

Хочу по очереди обловить три знакомых мне перспективных места: одну ямку в месте сужения и поворота потока и два участка расширяющегося русла с многочисленными продольными отмелями и быстротечными канавками между ними. Облов ямки оказался безрезультатным, хотя в иные годы именно ранней весной там было поймано немало красноперых красавцев. Приступил к планомерному облову отмелей, сделал несколько десятков забросов - и ничего. Хотя рука упрямо крутит ручку катушки, дает о себе знать усталость, да и энтузиазма явно убавляется: нигде не видно ни малейшего признака жерешиной охоты или хотя бы всплесков рыбьей мелочи.

И вот, когда блесенка, пересекая быстротечную канавку и гоня перед собой водяной валик, уже приближалась к берегу, за ней вдруг возникла высокая движущаяся волна и последовал мощнейший жереховый удар. Он был настолько неожиданным и сильным, что я не смог удержать ручку катушки и она сделала несколько оборотов, сдавая леску сильной рыбе. Какое-то мгновение я находился в оцепенении, а потом все-таки поймал ускользающую ручку и сделал запоздалую подсечку. Увы, было уже поздно, рыба сошла после нескольких несильных толчков. Честно говоря, причиной схода могли быть и крючки, которые я использую в своих самоделках: двойники № 6 по отечественной классификации все-таки мелковаты для крупного жереха: они просто теряются в его хрящеватой пасти и не всегда надежно держат сильно сопротивляющуюся рыбу.

Надо ли говорить, что после этого довольно обычного, но всегда полного драматизма рыболовного события я крепко схватился за рукоятку катушки и с особым тщанием обловил все места, хоть сколько-нибудь похожие на то, где произошла жерешиная хватка. И когда прилив моего энтузиазма был уже почти на исходе, при пересечении блесной такой же канавки, но вдали от берега, вновь последовал сильный удар хищника, смягченный, правда, длинной леской. Сработал фрикцион, и я понял, что имею дело с жерехом весьма приличного размера. Вываживание было относительно недолгим, хотя сопровождалось несколькими сильными потяжками, во время которых фрикцион катушки проявил себя с самой лучшей стороны (леска-то - не слишком надежный монофил 0,2 мм).

Когда рыба заметно утомилась, ее удалось вытащить волоком на прибрежный ковер из водорослей. После нескольких сильных рывков двойничок блесны вылетел из пасти хищника, но я успел прижать удирающую рыбину к берегу и удержать ее. Первый зачетный жерех нового сезона весил без малого 3 кг - такую крупную рыбу я не ловил в Шурузяке уже лет пять. Пойманный жерех зарядил меня хорошей порцией рыболовных надежд. И хотя через недельку моей блесной соблазнялись только незачетные стограммовые жерешиные недоросли, я теперь уверен, что где-то в подводных закоулках моего любимого водоема меня поджидают настоящие трофейные хищники. Ведь впереди еще два месяца отличной весенней ловли!

автор Иван БЕДРИЦКИЙ

 
Рейтинг@Mail.ru